Песен: 12, 46 мин.

КОММЕНТАРИИ РЕДАКЦИИ

«Когда я сейчас переслушиваю свой первый альбом, сразу слышу все места, где я перестраховывался, — рассказывает Гарри Стайлз Зейну Лоу из Apple Music. — Поэтому второй релиз я делал с четкой установкой: в этот раз просто получать удовольствие от процесса». С дебютной сольной записью — гибридом рока 70-х, альтернативного кантри и интровертных баллад — британский сонграйтер превратился из солиста бойз-бенда в настоящую рок-звезду. В своих эмоциональных песнях он исследовал, каково это — быть молодым, уязвимым и при этом знаменитым на весь мир. Не самое простое сочетание в тот момент, когда еще не обрел себя по-настоящему. Новый альбом фиксирует большой прогресс по этой части. За прошедшие два года Стайлзу пришлось собирать осколки разбитого сердца, залечивать раны в Японии и Малибу и задаваться ключевыми для своего поколения вопросами о гендере и сексуальности. Ну и, конечно, писать обо всем этом песни.

Поиск и обретение себя, своей идентичности — основная тема альбома «Fine Line», что очевидно уже по первым синглам «Lights Up» (со строчками «Кто ты такой / Знаешь ли ты, кто ты такой?») и «Falling» («Кем же я стал? / А вдруг тем, с кем бы не хотел оказаться рядом?»). Как и в жизни, этот процесс принимает разные формы: то мечтательного свиста посреди пустынного шоссе («Canyon Moon»), то инди-фолка («Sunflower, Vol. 6»), то жалобной мольбы («Думаешь, так просто быть ревнивым?» — спрашивает он в песне «To Be So Lonely»). В отличие от предыдущей записи, «Fine Line» буквально взрывается пестрыми красками. Многоголосие в высоком регистре, жизнерадостные струнные, нежные психоделические мелодии — все это создает сказочное ощущение. А иногда Стайлз буквально идет ва-банк. Радостный энтузиазм «Treat People with Kindness» — сплошь ретрогитары плюс госпельный вокал — достигает пика, когда музыкант издает громкий вопль, пробегает пальцами по фортепианным клавишам и сигнализирует исполнителю на конгах: вперед, твой выход!

Что же касается лирики, Стайлз полон надежд и при этом лишен притворства: он увлекает, ему комфортно быть собой, он хочет танцевать и сохранять оптимизм. «Записывая альбом, я хотел, чтобы мною никто не руководил, и я мог чувствовать себя откровенным, радостным и свободным», — говорит певец. Для достижения этой цели Стайлз взял за правило сначала доделывать песни до конца, а уже потом переслушивать и задумываться, не раскрыл ли лишнего (а иногда добавлять еще больше подробностей, например реплики в песне «Cherry»). «Честное слово, — признается он, — мне и в голову не пришло, что это нужно убрать». Вот что он рассказывает о трех своих любимых композициях с альбома.

Golden
«День, когда мы написали песню „Golden“, — мое любимое воспоминание о работе над альбомом. Мы все сидели и ужинали на кухне в [студии Рика Рубина] Shangri-La — у нас была только одна гитара, зато пели все хором. Классный момент! Что касается „допинга“, честно говоря, я никогда ничего не принимаю во время работы. Я даже не пью, когда записываюсь. Да и вообще почти не пью. Когда я был частью группы, это было строгим правилом. Я говорил себе: „Нет, я не буду тем, из-за кого все пойдет наперекосяк“. А сейчас я вдруг понял, что пора немножко поэкспериментировать. Ну, знаете, то одно, то другое… Работать над этим альбомом было таким, я бы сказал, эйфорическим процессом. Мы в Малибу с друзьями, прекрасная обстановка... Наконец, можно было немного расслабиться — в конце концов, мне 24 года, я музыкант, а не политик какой-нибудь. В общем, мы сделали эту песню на второй день студийной работы, и сразу же стало понятно — это первый трек с альбома. Я слушал его каждый день по пути в студию. Идеальная песня для тихоокеанского шоссе, она прямо создана для того, чтобы звучать в машине, когда едешь вдоль берега».

Cherry
«Я хотел честно рассказать о расставании. Передать, что я чувствовал в тот момент. Нужно быть искренним, а не типа „мне все равно“. Да, становишься немного жалким, когда жизнь складывается не так, как хочется, поэтому „Cherry“ получилась довольно плаксивой. В ночь, когда я ее сочинил, я чувствовал большое давление, потому что предыдущий альбом не очень подходил для радио, а от меня ждали мощных радиохитов. Но друг сказал мне: „Слушай, просто запиши альбом, который сам хочешь записать, вот и все“. Мы не стали ложиться спать, а вместо этого сели и написали „Cherry“».

Falling
«В процессе работы над этим альбомом мои чувства как-то по-новому обострились: то мощные приливы радости, то, наоборот, глубочайшая печаль. „Falling“ — как раз об одном из таких печальных моментов. В припеве поется: „Кем же я стал? / А вдруг тем, с кем бы не хотел оказаться рядом?“ У меня действительно было ощущение, что я превращаюсь в кого-то, кем совсем не хочу быть, — тяжелое чувство. Но в итоге нашелся классный способ — написать об этом песню и как будто сказать себе: „Окей, едем дальше“. В тот вечер мой друг заехал за мной, чтобы вместе пойти поужинать, и пока я был в душе, он играл на фортепиано и пел. Я вышел, встал рядом, завернувшись в полотенце, — вот так мы и написали эту песню минут за двадцать. И он сказал: „Так, мы написали песню. Теперь иди надень штаны“».

КОММЕНТАРИИ РЕДАКЦИИ

«Когда я сейчас переслушиваю свой первый альбом, сразу слышу все места, где я перестраховывался, — рассказывает Гарри Стайлз Зейну Лоу из Apple Music. — Поэтому второй релиз я делал с четкой установкой: в этот раз просто получать удовольствие от процесса». С дебютной сольной записью — гибридом рока 70-х, альтернативного кантри и интровертных баллад — британский сонграйтер превратился из солиста бойз-бенда в настоящую рок-звезду. В своих эмоциональных песнях он исследовал, каково это — быть молодым, уязвимым и при этом знаменитым на весь мир. Не самое простое сочетание в тот момент, когда еще не обрел себя по-настоящему. Новый альбом фиксирует большой прогресс по этой части. За прошедшие два года Стайлзу пришлось собирать осколки разбитого сердца, залечивать раны в Японии и Малибу и задаваться ключевыми для своего поколения вопросами о гендере и сексуальности. Ну и, конечно, писать обо всем этом песни.

Поиск и обретение себя, своей идентичности — основная тема альбома «Fine Line», что очевидно уже по первым синглам «Lights Up» (со строчками «Кто ты такой / Знаешь ли ты, кто ты такой?») и «Falling» («Кем же я стал? / А вдруг тем, с кем бы не хотел оказаться рядом?»). Как и в жизни, этот процесс принимает разные формы: то мечтательного свиста посреди пустынного шоссе («Canyon Moon»), то инди-фолка («Sunflower, Vol. 6»), то жалобной мольбы («Думаешь, так просто быть ревнивым?» — спрашивает он в песне «To Be So Lonely»). В отличие от предыдущей записи, «Fine Line» буквально взрывается пестрыми красками. Многоголосие в высоком регистре, жизнерадостные струнные, нежные психоделические мелодии — все это создает сказочное ощущение. А иногда Стайлз буквально идет ва-банк. Радостный энтузиазм «Treat People with Kindness» — сплошь ретрогитары плюс госпельный вокал — достигает пика, когда музыкант издает громкий вопль, пробегает пальцами по фортепианным клавишам и сигнализирует исполнителю на конгах: вперед, твой выход!

Что же касается лирики, Стайлз полон надежд и при этом лишен притворства: он увлекает, ему комфортно быть собой, он хочет танцевать и сохранять оптимизм. «Записывая альбом, я хотел, чтобы мною никто не руководил, и я мог чувствовать себя откровенным, радостным и свободным», — говорит певец. Для достижения этой цели Стайлз взял за правило сначала доделывать песни до конца, а уже потом переслушивать и задумываться, не раскрыл ли лишнего (а иногда добавлять еще больше подробностей, например реплики в песне «Cherry»). «Честное слово, — признается он, — мне и в голову не пришло, что это нужно убрать». Вот что он рассказывает о трех своих любимых композициях с альбома.

Golden
«День, когда мы написали песню „Golden“, — мое любимое воспоминание о работе над альбомом. Мы все сидели и ужинали на кухне в [студии Рика Рубина] Shangri-La — у нас была только одна гитара, зато пели все хором. Классный момент! Что касается „допинга“, честно говоря, я никогда ничего не принимаю во время работы. Я даже не пью, когда записываюсь. Да и вообще почти не пью. Когда я был частью группы, это было строгим правилом. Я говорил себе: „Нет, я не буду тем, из-за кого все пойдет наперекосяк“. А сейчас я вдруг понял, что пора немножко поэкспериментировать. Ну, знаете, то одно, то другое… Работать над этим альбомом было таким, я бы сказал, эйфорическим процессом. Мы в Малибу с друзьями, прекрасная обстановка... Наконец, можно было немного расслабиться — в конце концов, мне 24 года, я музыкант, а не политик какой-нибудь. В общем, мы сделали эту песню на второй день студийной работы, и сразу же стало понятно — это первый трек с альбома. Я слушал его каждый день по пути в студию. Идеальная песня для тихоокеанского шоссе, она прямо создана для того, чтобы звучать в машине, когда едешь вдоль берега».

Cherry
«Я хотел честно рассказать о расставании. Передать, что я чувствовал в тот момент. Нужно быть искренним, а не типа „мне все равно“. Да, становишься немного жалким, когда жизнь складывается не так, как хочется, поэтому „Cherry“ получилась довольно плаксивой. В ночь, когда я ее сочинил, я чувствовал большое давление, потому что предыдущий альбом не очень подходил для радио, а от меня ждали мощных радиохитов. Но друг сказал мне: „Слушай, просто запиши альбом, который сам хочешь записать, вот и все“. Мы не стали ложиться спать, а вместо этого сели и написали „Cherry“».

Falling
«В процессе работы над этим альбомом мои чувства как-то по-новому обострились: то мощные приливы радости, то, наоборот, глубочайшая печаль. „Falling“ — как раз об одном из таких печальных моментов. В припеве поется: „Кем же я стал? / А вдруг тем, с кем бы не хотел оказаться рядом?“ У меня действительно было ощущение, что я превращаюсь в кого-то, кем совсем не хочу быть, — тяжелое чувство. Но в итоге нашелся классный способ — написать об этом песню и как будто сказать себе: „Окей, едем дальше“. В тот вечер мой друг заехал за мной, чтобы вместе пойти поужинать, и пока я был в душе, он играл на фортепиано и пел. Я вышел, встал рядом, завернувшись в полотенце, — вот так мы и написали эту песню минут за двадцать. И он сказал: „Так, мы написали песню. Теперь иди надень штаны“».

НАЗВАНИЕ ВРЕМЯ